Пробуждает город солнце
Будит моё солнце
И как утро, ты приходишь вдруг ко мне
Крики птиц и тот же голод
По тебе гипнозом просит
Голос нежный и родной

Я у пальмы ветвь возьму, лёд в стакане соберу
Прижигает плечи моё солнце
Солнце прижигает очень–очень

Лайнер, воздух, ты и море
Припекает глаз дневной
Блики бирюзы, солёная вода и ты
Сгорела наша кожа, чайки у кормы
Ты греешь также очень–очень !

Яркий колорит прибоя
Солнце– кадр ! мы и море
Ширь небес и ты стоишь
Тут шлейф на ощупь
Здесь песок и наше фото
Воздух проще жизнь и лайф !
Вязнут ноги в небе тут хохочет остров

Море знает наши имена
Солью выжжены края
Этот вайб морской и звонкий
Этот вайб морской и тёплый
Яркий кадр, небо, море
Ты солёная и в море
Лайф кричит душа !
Пальмы ты и я...
В руках немного льда
В стакане газировка

Костёр горел и в раскалённом жаре, показывал фиеста-шоу маскарада.
Я видел в языках огня плясала пара, танцевала под испанскую динамику гитары.

Видал я в нём танцора — он греет ритмом рукавов, повторами красуясь, закружит свою даму – в стиле харабе волнуясь, бросая шаль её с искрой.

Улётное вино, алое паблана и пёстрое чаро.
От страсти выгорают, танец жаркий, изысканный и плавный.

Их танцы, взмахи каблуков — как вихри повороты, игра огня fuego – пламень факелов.

Обжигает пламя сердце, он характер чили перца, сжигает и колдует, с аппетитом чередует – жадность пламени огней.

Его романтика опасна —раскалённа-алчна, пьяный и косой, любуется пылающей игрой.

Бамбино флиртовала под открытым небом с горячим кавалером, ажурные пучки игры оэра, тут пламя не стихает, ветер раздувает.
Горячее дыханье, кадр гаснет в пылающем пожаре, Пуэрто Эскандидо, гитары ловких струн игра – огонь дразня.

Ой-ой-ой...
Этот пляж... Горит огонь... сегодня он в Пуэрто Эскандидо. Там танцует с девачкой одной.
Горячий пахнет пряной смолой, знойный и живой, танцует Мексика и он.

Её Мексика огонь... её Мексика... её Мексика... её Мексика огонь.

Октябрьские ночи баюкают кварталы, осенним шелестом в проулочках зевают
И сонною листвой заводят блюзовый куплет, вздыхая.

Тротуары освещают блики света вывесок ночных, столбами фонари — ленивые огни тоску из улиц выжигают,
сопровождают мой, вечерний, променад души.

"Осень, не молчи"

Баюкает фонарь, куплет играя на придворке,
на карнавале листопада за гроши

Асфальты улиц накрывали листья — провожают наше лето,
Нам рисует блюз осенние сюжеты.
Осень пахнет мокрым цветом всех опавших листьев с ветром.

"Осень, не спеши, Осень не молчи, Осень подожди, Осень опиши"

Пройдусь по площадям, а листья падают и говорят: прощай, мы в покое, ты дерзай,
как в кинолентах главные актёры.
Осень красотою одарила, пилюлями накрыла-крыла..

"Разноцветными пилюлями меня укрыла"
Домашняя симфония моя: под плед и чай с пахучей долькой апельсина
Накроет порция тепла под киноленту осени и фильма...

Может быть, рядом, может быть, скоро
ласкает теплом золотая пора.
Просыпаюсь от сна, открываю глаза — чарует меня дорогая весна.

В груди моей она цвела.
Девицы краше её не видал.
Я зиму проспал, она же будила,
тоску по зелёному полю зашила.

Мой снег растопила в ладонях своих.
Босая, крылатая, ветром манила
в чертоги тепла и любви.

Твоя весенняя эстрада — мелодичная баллада.
Твоё платье закрывает красоту колен твоих.

Лебединое желанье одевала ожерелье — гавань тихая моя.
Ты звучишь как флейта, девица хмельная,
подарила мне себя.
Шёпотом касаясь тихо, забираю всю тебя.

Этюд ранимый отыграешь —
колокольный звон в глазах.
Оттепель ранняя, ты освежаешь,
рядная, рядом была.

Совсем не забыла, пришла и явила
свои драгоценные, ясные дни.

Полёт туда, где хочется,
где хочется смотреть.
Чтоб, падая, лететь,
чтоб с небом улетать.

Вдыхаю, смело покоряю тут.
Хочу туда, где сердцу стук.
Я с крыльями взлетаю —
туда, где высота мне друг, моя свобода.

Пером на небосклоне пегас летает вольно.
Вся облачная пыш от вьюг укроет мягким лоском.
Она вздымается, как грудь;
вдыхаю я её убранства.

Устилает всё вокруг меня зефиром заливным,
молочным, белым, как пломбир.

Где странником моя душа летать желала —
я улететь хочу туда, где облачная высь дышала.

Сегодня заберу её и поделюсь я с вами.
Дышите вольно и свободно.

Его свобода с небосклона —
пегас летает вольно,
крылатый, белый и довольный.

Лёгкий ветер, шум волны, сильного прибоя дрейф
И тут так просто обрету я шлейф свободы, как эти многовековые скалы тихую погоду.

Солёная вода и свежий бриз почувствует волны каприз, она ломает тишину как звук стекла обрушившись на камень

А мелкий золотой песок, рассыпался везде и всюду, и греет, обжигая стопы ног, горячими камнями

Чайки белые кружат их шум солёный опьяняет
Они день яркий обещают, крича пернатые ругаясь с неба несходя.

Ах эта ритмика и всплеск воды дают морское наслаждение,
Затем глубокий вдох и долгий выдох побережья и греет солнце, взгляд лица теплом луча.

И только скалы все молчат, они нашли тут место сбыта – волну свободы, как и я.

Разящий мою голову закат
обжигал зелёные далины.
Отдавал последнее, что мог,
что оставалось в этом уходящем мире.

Смотря на разрисованные ретушью небесные волокна,
я видел словно каплю моря,
дыханье свежести воздушного отвода,дающее надежду в завтрашний мне день.

Небесные пучины изображали мне картины,
расстилали предо мною необъятные просторы.
Цветные, модные полотна надо мною,которые купить, продать не смею по своей я воле.

Я созерцал небесные волокна —
и трепет душу мне объял
мягчайшим ярким шёлком.

Тишина в душе, молчанье в ярких звёздах небосвода, и ярким серебром усыпало гладь купола немого.

Где круг вершины оборота сменяет цикл дня — и озаряет часть пространственного хора,
Включает свой ансамбль элитарного покрова.

В небесных спящих яслях, пробуждает мощные светила, которые посмотрят на тебя сквозь время и полёт.

Светила смотрят прямо в сердце, скользящим светом пронизывая свыше всё.
Давай рассмотрим их поближе: на Земле не так уж слышно, а там, в космической близи, играет мелодично большущий звёздный хор!

Вот кометы огненные мимо проносятся сверхзвуком тут, находят путь себе без помощи своих подруг.
А я скажу: «Они летят туда! Их ждут». Горят алмазной светотечью ярчайшие фотоны, оставляя за собой, и улетают за пределы взгляда дуг картечью…

Тут в гравитации лучей играет каждая планета, подчиняясь строгим формулам Творца.
Космогония! — какая всё-таки торжественная пьеса.

И все другие орбитальные гиганты станом заключены в немысленном масштабе — их мириадное число титанов.

Центры всех чудовищных галактик жанром заводят силу на движение крас
И тоже лучезарят нам сейчас.
Все тучные скопления, созвездия двенадцати вариантов отражения, и метеорный шквал поломанных структур находят тут свой строй средь сильных, мощных бурь.

Всё это смотрит на планету — точку тихую Земля, где круг вершины оборота сменяет цикл дня, на свиту этих стариков пространственного хора, глядящих сверху на тебя.

Они постигли мудрость долгую в парящей колыбели сна и свыше светят белым светом на тебя, музыкой миров дыша.